В гидролаборатории Центра подготовки космонавтов (ЦПК) бурлит работа. Кандидатам в отряд космонавтов предстоит отрепетировать на Земле, а вернее, под водой выход в открытый космос. Подготовка к выходу в открытый космос начинается здесь задолго до полета. На первом этапе экипажи тренируются в легководолазном снаряжении. Потом облачаются в скафандр "Орлан", адаптированный для подводной невесомости. Последняя операция, наиболее приближенная к реальности, особенно тяжелая, поскольку в ходе этой тренировки моделируется нештатная ситуация.

"Все, можно заходить. Вентиляция есть? По росту у нас подгонка, то есть в паху не давит, но в подмышках не висит. Спину к ранцу – руки вперед", - командует сотрудник ЦПК.

Кандидат в космонавты Андрей Бабкин примеряет скафандр для выхода в открытый космос впервые. Его напарник Сергей Прокопьев в этой гидролаборатории тоже новичок. Здесь, как в реальном выходе в открытый космос, главное, — подогнать скафандр по размеру.

"Сергей, как сейчас ты оцениваешь руки?" – спрашивает коллега у Сергея Прокопьева.

"Хорошо", — отвечает кандидат в космонавты.

"Тогда давай, поднимаем давление", — продолжается тренировка.

Тяжелые "Орланы" поднимают краном и погружают в воду. Теперь с внешним миром космонавты связаны лишь фалом жизнеобеспечения. Внутри, как в небольшом космическом корабле.

"Первый обезвешен, проверен на герметичность, готов к опусканию", — отчитывается испытатель невесомости.

Для всех покорителей орбит космос начинается отсюда. Первые шаги в безвоздушный мир и первое знакомство со станцией делают в специальной гидролаборатории Центра подготовки космонавтов. Пять тысяч кубометров пресной воды. На дне двенадцатиметрового бассейна точная копия сегмента МКС.

"С одной стороны, здесь помогают водолазы. С другой стороны, здесь гидросреда, и она накладывает свои условия. Есть такое понятие, как присоединенная масса воды. То есть он (водолаз) перемещает не только себя под водой, но и какой-то объем воды перед собой. В вакууме этого нет", — поясняет схожесть и отличия гидросреды от вакуума инструктор экипажа по внекорабельной деятельности Максим Зайцев.

Как и при выходе в открытый космос, в бассейн погружаются только парами. Перемещаются по внешней стороне станции, цепляясь карабинами или же при помощи стрелы. Только она позволяет уверенно добраться до необходимо точки МКС и даже завернуть за угол.

"Перемещение параллельное, антенны проходим достаточно высоко. Опускаю ниже. Стоп", — командует космический покоритель глубин.

Все, как у альпинистов, на жесткой страховке. Золотое правило двух точек сцепления с корпусом: двумя карабинами, либо карабином и рукой выполняется беспрекословно.

"И на стреле цепляемся с помощью карабина, потому что скафандр подобен маленькому космическому аппарату – капсуле, но на ручной тяге. Здесь нет двигателей, движение происходит за счет силы рук. И фиксация должна быть обязательной, потому что вернуться за счет силы рук нельзя, сколько не маши в космосе — толку не будет. Поэтому основное правило — это фиксация. Она дается нам с трудом, чтобы все было грамотно, правильно, с правилом двух точек", — рассказывает о будущих космических прогулках кандидат в космонавты Андрей Бабкин.

Водный скафандр – тот же "Орлан" для выхода в открытый космос, только тяжелее. Чтобы полностью создать эффект невесомости надо правильно обезвеситься, достигнуть так называемой нулевой плавучести. Здесь космонавтам помогают водолазы — в космосе придется рассчитывать только на себя.

"Внимание, первый оператор. Стоп работа: нештатная ситуация! Первый оператор нетрудоспособен, второй его транспортирует до шлюзового отсека", — выдается новая вводная тренирующимся в бассейна будущим покорителям космического пространства.

Отрабатывается нештатная ситуация. Сергея Прокопьева необходимо доставить до шлюза и буквально втащить внутрь станции. Вначале Андрею Бабкину надо забраться самому, причем вперед головой. Передвижение вперед ногами в космосе запрещено, и это связано не с суевериями.

"Сначала оставляешь Сергея на поручнях, заходишь сам внутрь и потом сам заходишь", — поясняет Андрею Бабкину инструктор.

"Сейчас вхожу головой. Я попробую ногами вперед", — предлагает поэкспериментировать Андрей.

"Ногами нельзя, — пресекает неуместную инициативу Максим Зайцев. – Внимание! Сориентируйте его вниз головой, чтобы было удобно зайти".

"Конструкция скафандра такова, что он (космонавт) не может посмотреть вокруг, его обзор ограничен остеклением шлема. Он не может посмотреть вниз, назад, а может только перед собой видеть. И если он будет заходить внутрь ногами, он может просто застрять. Это не примета, чисто технический момент", — объясняет особенности работы в скафандре Максим Зайцев.

Подобная ситуация однажды была в реальном космосе, когда поврежденная перчатка американского астронавта угрожала разгерметизацией всего скафандра. Российским космонавтам за все время обслуживания космических объектов не приходилось переносить неработоспособного напарника. Однако, случись такое в реальном выходе, у этого экипажа проблем не возникнет.

Тренировка в гидробассейне – финишная прямая для всех кандидатов в космонавты. Далее выпускной экзамен после многолетней подготовки.

"Ощущение такое: чем больше ты внедряешься, чем больше мы уходим в это направление, тем больше понимаешь то, что человек по своим знаниям ограничен, и нам надо расширять их как можно больше. Эта финишная прямая превращается в пирамиду, стоящую на острие. То есть, вначале тебе казалось, что надо больше знать, и с каждым шагом этот объем увеличивается. И предела этому нет", — констатирует кандидат в российские космонавты Андрей Бабкин.

Два года общекосмической подготовки, словно проверка на прочность. Зачастую именно на этом этапе сходят с дистанции. В реальный полет они отправятся уже лет через пять. Но сейчас, чтобы повыше взлететь, надо поглубже нырнуть.