Новости
О Центре
Новости
Новости

Андрей Борисенко: «Самое главное ещё предстоит!»

17 апреля 2019

Сегодня отмечает своё 55-летие Герой Российской Федерации, лётчик-космонавт РФ Андрей Борисенко. На его счету – два космических полёта, почти год работы на Международной космической станции (МКС). Детская мечта воплотилась в жизнь. Впервые мысли об исследовании космоса появились у Андрея Борисенко в четыре года, а дальше желание постичь Вселенную только росло и крепло, в том числе благодаря литературе, которая попадалась ему в руки. О книжных пристрастиях, судьбоносных встречах, будущем космонавтики и многом другом поговорила с именинником редактор пресс-службы ЦПК Светлана Носенкова:

– Андрей Иванович, в школьные годы вы зачитывались хорошей научной фантастикой. С возрастом литературные предпочтения несильно изменились. Удалось ли вам дважды взять с собой на орбиту «Лунную радугу» советского писателя-фантаста Сергея Павлова, как вы задумывали?

– Да, этот роман в двух частях дважды побывал со мной в космосе, что редко бывает. Если мне доведётся в третий раз полететь на МКС, надеюсь, «Лунная радуга» снова полетит со мной (улыбается).

– Что интересного вы прочитали за последнее время? Какое произведение можете посоветовать?

– Рекомендовать взрослым сложно, потому что все уже сформировавшиеся личности и у каждого свои предпочтения. Я, например, с большим удовольствием перечитал не так давно книгу Сомерсета Моэма «Бремя страстей человеческих».

– Когда вы занимались в Юношеском клубе космонавтики имени Г.С. Титова Ленинградского Дворца пионеров, написали реферат «Космос 2000-го года». Что-нибудь сбылось из ваших юношеских предсказаний?

– Это была моя выпускная работа, я её написал в 1980 году. К сожалению, практически ничего из описанного в ней, пока не сбылось. Единственное совпадение, это, пожалуй, «Спейс Шаттл». Остальные темы пока остались проектами. Но, думаю, рано или поздно они воплотятся в реальность. В выпускной работе я затронул тему баллистических транспортных аппаратов пассажирских перевозок на большие и сверхбольшие дальности на Земле, т.е. межконтинентальных перелётов. Также там говорилось о тяжёлых орбитальных станциях, в десятки раз превышающих существующую МКС, об освоении и исследовании Луны, Марса. Думаю, реальные проекты, которые однажды воплотятся в жизнь, будут ещё более грандиозными, чем можно придумать. Но, к сожалению, это будет нескоро.

– В 1987 году вы окончили Ленинградский военно-механический институт по специальности «Динамика полёта и управления» с присвоением квалификации «инженер-механик». Выпускником этого же факультета был дважды Герой Советского Союза, лётчик-космонавт СССР Георгий Гречко. В одном из интервью вы сказали, что встречи с Георгием Михайловичем, проходившие в Юношеском клубе космонавтики и в институте сыграли не последнюю роль в вашем выборе профессии.

– Я действительно восхищался Георгием Михайловичем. Это был первый космонавт, с которым я познакомился лично. Но мне повезло, ведь наш институт окончил не только Г.М. Гречко. В то время у меня была возможность пообщаться с настоящими космонавтами или теми, кто уже практически одной ногой стоял в отряде. Тогда я познакомился с Сергеем Константиновичем Крикалёвым, с которым мы окончили один факультет (только в тот год, когда я поступал, он как раз выпустился), и с Екатериной Александровной Ивановой, которая тоже проходила подготовку в отряде космонавтов, но, к сожалению, в космос так и не полетела по независящим от неё причинам. Конечно, живое общение с такими людьми очень сильно повлияло на мои дальнейшие решения и на понимание, что нужно сделать для того, чтобы добиться этой цели.

– А кто ещё из космонавтов или деятелей ракетно-космической отрасли вдохновлял вас своим примером? Может, не при личной встрече, но, например, читая о них или их книги?

– В то время многие космонавты писали мемуары, которые было интересно читать. Однажды мне в руки попалась книга дважды Героя Советского Союза, лётчика-космонавта СССР Владимира Шаталова «Трудные дороги космоса». Он тогда уже был начальником ЦПК. И я, простой девятиклассник, прочитав его произведение, написал письмо Владимиру Александровичу с просьбой дать рекомендации, как мне попасть в отряд космонавтов. Когда через некоторое время получил от него собственноручно написанный ответ, где он рекомендовал мне пойти по пути военного лётчика-испытателя и потом подать заявление в отряд космонавтов, я был очень удивлён. Правда, я избрал другой путь. Но письмо это сохранил. И когда работал в РКК «Энергия» в Главной оперативной группе управления орбитальной станцией «Мир», в один из первых же приездов в ЦПК пришёл к нему в кабинет, показал письмо, чем очень его порадовал, насколько я понял, и подписал у него ту самую книгу «Трудные дорогие космоса».

– Дорога в космос, действительно, трудная и у каждого своя. Но такие судьбоносные встречи и события хорошо мотивируют на достижение поставленной цели.

– Это точно. И у меня много таких историй. Одна, например, касается, Валентина Петровича Глушко, который на тот момент был Главным конструктором космических систем. А я, будучи студентом 4-го курса, набрался наглости и написал ему письмо с просьбой рекомендовать мне путь в космонавты. И, к моему величайшему изумлению, получил собственноручно им написанный ответ, который пришёл мне по почте. Храню это письмо, как реликвию, оно лежит в нашем домашнем архиве.

– Общеизвестно, что подготовка в ЦПК к первому полёту занимает у космонавта в среднем 8-10 лет. Не говоря о том, какой путь человеку приходится пройти до зачисления в отряд космонавтов. Как вы считаете, какими чертами характера должен обладать человек, решивший прийти в вашу профессию?

– В первую очередь, это упорство на грани упрямства (смеётся). Потому что просто везения в нашем деле недостаточно. Нужно сильно верить в свою мечту, очень хотеть её воплотить и быть готовым добиваться её, несмотря ни на что. Поэтому тем, кто приходит в отряд, хочу пожелать, чтобы они никогда, ни при каких обстоятельствах не опускали руки, кто бы, когда бы и сколько бы ни говорил, что это у них не получится. И, конечно, в нашей профессии не обойтись без чувства юмора. Нужно уметь критически смотреть на себя самого и вещи, которые тебя окружают.

– Космонавт – личность публичная. Вам часто приходится давать интервью, участвовать в конференциях, теле- и радиопередачах, быть в жюри различных конкурсов. С какой аудиторией вам интереснее общаться?

– Пожалуй, наиболее зажигательная и благодарная аудитория – это студенты старших курсов, так как они уже знают, чего хотят добиться и в какой профессии. Хотя по опыту выступлений последних лет могу сказать, что много интереснейших вопросов начинают задавать школьники из старших и даже средних классов. Видно, что ребята искренне интересуются как нашей профессией, так космонавтикой и астрономией вообще. Я понимаю, что многие из них в итоге выберут другие профессии. Но вот этот искренний интерес, который у них есть, уверен, останется на всю жизнь.

–А вы бы хотели, чтобы сын продолжил вашу профессию?

– И да, и нет. С одной стороны, только находясь в этой профессии, можно своими глазами увидеть природную сокровищницу, которую мы наблюдаем из иллюминаторов МКС. Я говорю о нашей планете, прекрасной и хрупкой Земле. Наступит и то время, когда из таких же иллюминаторов, но других станций, люди, которые придут в профессию после нас, смогут своими глазами взглянуть на поверхность Луны, Марса, других планет. И, наверное, с этой точки зрения я бы хотел, чтобы мой сын тоже это увидел. Но с другой стороны, я понимаю все сложности фразы «быть космонавтом», знаю не понаслышке внутреннюю каждодневную работу, невидную для посторонних глаз, которую мы должны выполнять хотя бы для того, чтобы остаться в профессии.

– Вы совершили два космических полёта. Первый – с 5 апреля по 16 сентября 2011 года в качестве бортинженера космического корабля (КК) «Союз ТМА-21», бортинженера МКС-27 и командира МКС-28. Второй – с 19 октября 2016 года по 10 апреля 2017 года в качестве бортинженера КК «Союз МС-02» и бортинженера МКС-49/50. Какой из них вам больше запомнился?

 

   

– Два полёта – не так уж много, чтобы выбирать (улыбается). Обе длительные командировки на МКС помню хорошо. Быть может, первый полёт запомнился ярче именно потому, что всё было впервые: ощущение невесомости, вид Земли из космоса, работа на борту МКС в команде и самостоятельно. Во втором полёте многие вещи были уже знакомы, привычны. И если на какую-то рутинную работу в первый раз тратилось довольно много времени, во втором полёте эти действия выполнялись гораздо быстрее. Это тоже запомнилось, что второй раз летать в космос легче (смеётся).

– Что бы хотелось сделать в следующем полёте из того, что ещё не реализовано?

– Конечно, хотелось бы выйти в открытый космос. К сожалению, так получилось, что программой полёта ни в первый, ни во второй раз не была предусмотрена внекорабельная деятельность. Хотелось бы, чтобы в третьем полёте такая задача мне была поставлена, чтобы преодолеть и эту профессиональную ступень.

– Андрей Иванович, в юбилей обычно подводят некие промежуточные итоги. Оглядываясь назад, как вы оцениваете прожитые годы? Считаете себя счастливым человеком?

– Честно говоря, не чувствую, что подошёл к какому-то этапу, когда нужно подводить итоги. Может, я ещё не дозрел до этого состояния (смеётся). Жизнь идёт и хочется верить, что самое главное ещё предстоит. Могу лишь сказать, оглядываясь назад, что выбрал для себя правильный путь, несмотря на все сложности, которые при этом были. И если бы в 1992 году, когда я первый раз написал заявление в отряд, знал, что мне предстоит, всё равно бы прошёл этот путь заново. Космос того стоит!

 

   

Руководство и сотрудники Центра подготовки космонавтов, коллеги по отряду космонавтов сердечно поздравляют Андрея Ивановича Борисенко с юбилеем и желают ему крепкого здоровья, профессиональных успехов, благополучия, неиссякаемой энергии и новых свершений!

Источник: Пресс-служба ЦПК, фото ЦПК и из личного архива космонавта Андрея Борисенко
RSS | Архив новостей
Для подписки на новости введите Ваш e-mail:
Выберите рубрику
Интересные факты
Полеты на Луну. Открытки
Когда НАСА готовило к запуску лунные миссии, ни одна страховая компания не взялась застраховать жизнь астронавтов, так как риски были слишком велики. Чтобы компенсировать семьям астронавтов расходы после возможной гибели последних, НАСА выпускало специальные открытки, на которых члены экипажа расписывались перед самым вылетом. Если бы кто-то из астронавтов погиб, их семьи смогли бы продать открытки коллекционерам по хорошей цене, однако все лунные полёты от Аполлона-11 до Аполлона-16 в итоге обошлись без жертв.